Пособие за приемного ребенка 2017

«Это такой бизнес — на приемных детях»

Пособие за приемного ребенка 2017

Педагог детского реабилитационного центра опубликовала видео, на котором двое подростков рассказывают, как приемные родители избивают и унижают их, держат взаперти. Дети говорят, что опекуны сделали им справки об умственной отсталости ради повышенного пособия. При этом органы опеки 4 года не приходили в семью с проверкой.

Ежегодно в России прокуратура выявляет несколько тысяч нарушений в работе органов опеки и попечительства. В 2011 году — 3 тысячи нарушений, в 2013-м — 20 тысяч.

В отчете надзорного ведомства за 2016 год конкретной цифры не называется, но говорится так: «В числе приоритетов в работе прокуратуры оставались вопросы защиты прав детей-сирот.

В первую очередь требовала прокурорского вмешательства работа органов опеки».

Претензии известные: сиротам не предоставляют жилье, не выплачивают пособия, отдают на воспитание в неблагополучные семьи.

Сами работники органов опеки на такую критику не отвечают. За них говорят работающие с сиротами волонтеры.

Они призывают реформировать систему: освободить сотрудников опеки от излишней бумажной работы, мотивировать деньгами (средняя зарплата сегодня — 20 000 рублей), нанять психологов, использовать современные методы сопровождения приемных семей. Тогда, говорят они, и не будет историй, одну из которых мы хотим рассказать.

Кадр из видеоролика

Рассказ о детстве

10 января преподаватель Приморско-Ахтарского детского реабилитационного центра Евгения Шиневская опубликовала на своем канале в видео, на котором двое подростков, 14-летняя Вика и 15-летний Игорь (фамилии известны редакции), говорят, что не хотят возвращаться в приемную семью, потому что там над ними издеваются.

— С августа я живу у Андреевой Ларисы Валерьевны. За все время до отъезда мы вышли из дома только два раза: на день станицы и в кино, — рассказывает Вика. — Там есть родной сын, Саша, он дразнит нас, называет ниггерами. Плюет нам на подушки.

Вика говорит, что живет в комнате с другой приемной девочкой — Настей.

— Замок не внутри, а снаружи двери. Нас закрывают. Еду также приносят в комнату. У мальчиков вообще решетка стоит, потому что Игорь сбегает, — говорит она. — Еще в этой же комнате, где мы живем, стоят ведра , и перед ними нет даже шторок. Хотя дома есть два туалета, куда нас не пускают.

— А закрывают вас когда? — спрашивает Шиневская. — На ночь?

— На ночь обязательно, — подтверждает Вика. — И днем, когда захотят.

— А по дому, по двору вы ходите?

— Нет. Мы целый день в комнате сидим.

Вика также рассказывает, что дети, кроме родного сына Андреевых Саши и младшего приемного Дани, не ходят в школу: учителя приходят к ним на дом.

— Леша, ему сейчас 17, два года назад закончил 9 классов коррекционной школы. И он с 15 до 17 лет сидит дома. Его не пустили учиться. Даже в самое простое училище. Она сказала: «Нет, ты никуда не пойдешь». И все. И он сидит дома. Целый день. Там можно с ума сойти. Как в дурке, реально. Как тюрьма.

— Сколько раз ты лежала в психиатрической больнице? — спрашивает девочку Шиневская.

— Три раза. Мне там давали много всяких снотворных.

У Игоря Евгения Шиневская спрашивает: «Куда он убегает из дома? » Тот отвечает: «В станицу Калининскую, где живет его приемная семья и его бабушка».

— Один раз меня били за то, что сбежал, — рассказывает Игорь.

— Ремнем?

— Ну нет…

— Рукой, кулаками по разным частям тела, — говорит Вика. — Он рассказывал, что его дядя Саша взял за шею, прислонил к шкафу и поднял.

— Душить пытался. Ногами бил, если я не мог на зарядке 100 раз присесть.

Игорь рассказывает, что лежал в психиатрической больнице 9 раз. Что опекуны не дают ни им с Викой, ни другим детям пользоваться телефоном и интернетом.

— А если вас отдадут в другую семью, вы не запроситесь назад? — спрашивает Шиневская.

— Ну, если там нормально относиться будут, отпускать на улицу, дадут телефон, — то нет, — отвечает Вика.

— Я туда вообще не захочу, — говорит Игорь.

— А если опекуны скажут, что будут теперь хорошо к вам относиться?

— Они даже хуже станут относиться, — отрезает Вика. — Скажут, что мы все врём, мы дети больные. Потому что у нас эта карточка розовая (свидетельство об инвалидности по умственной отсталости). Хотя мне эту инвалидность просто бабушка купила. Меня привезли в больницу и сказали: «Притворяйся». И я притворялась, что не знаю таблицу умножения, не умею считать, читать, писать.

— А кем бы ты хотела стать?

— Ну, поваром. Или швеей. А если инвалидность уберут, то пойду на педагогическое. Я хочу с детьми работать. Мне психолог Лариса Анатольевна сказала, что у меня есть какая-то связь с детьми, что я могу их чему-то научить.

—А ты, Игорь, когда узнал, что у тебя инвалидность стоит?

— Я даже не знал.

Евгения Шиневская. Фото из семейного архива

«Высокий уровень страхов»

Евгения Шиневская на разговор соглашается охотно. Сначала объясняет, как дети попали в центр.

— У несовершеннолетних с умственной отсталостью есть право два раза в году проходить реабилитацию в специализированных учреждениях. Опекуны их приводят к нам в общей сложности на 70 дней. Здесь о них заботятся врачи и педагоги. У опекунов в это время есть возможность отдохнуть.

О том, что у Вики и Игоря проблемы в семье, Евгения, по ее словам, узнала на уроке труда.

— Спросила, чем они занимаются дома, и услышала те же жалобы, что и на видео. Побежала к психологу, которая проводила у них приемную диагностику. Та рассказала, что Игорь разрыдался на вопросе о семье. А когда его попросили что-нибудь нарисовать, он изобразил одинокого грустного человека.

Сотрудники реабилитационного центра предоставили «Новой газете» психолого-педагогические характеристики Вики и Игоря, составленные психологом Ларисой Федуловой.

«По результатам психологической экспертизы у Виктории выявлено:

Высокий уровень страхов, скрытой агрессии. Высокая утомляемость, низкий уровень самооценки, коммуникативных навыков, в поведении наблюдается неуверенность. В познавательной сфере у Виктории объем внимания достаточный, хорошая переключаемость и концентрация.

Память произвольная, хорошая быстрота и прочность запоминания. Мышление самостоятельное, имеет хорошие аналитико-синтетические способности. Интересы стойкие, выраженная активность и целеустремленность.

В эмоционально-волевой сфере отмечается дисциплинированность, положительная мотивация к учебе, проявление ответственности при выполнении поручений».

Об Игоре психолог сообщает:

«Высокий уровень утомляемости, низкий уровень самооценки и коммуникативных навыков. Объем памяти снижен. Мышление самостоятельное, интересы избирательные, угасающие по мере столкновения с трудностями».

— Характеристики, никак не подпадающие под умственную отсталость! — возмущается Шиневская. — У Вики хорошие показатели, она — точно здоровая. У Игоря чуть хуже. После рассказов мальчика об избиениях надо еще проверить, откуда у него проблемы с памятью.

По словам Шиневской, директор реабилитационного центра Ольга Благова, узнав историю Вики и Игоря, сначала хотела найти им новую приемную семью.

— Дети должны были уехать от нас 25 декабря.

За несколько дней до этого я подошла к Ольге Викторовне и спросила: нашлись ли новые опекуны? Но та ответила что-то в духе: может, не стоит нам вмешиваться, лезть в семью… Тогда я и решила снять видео.

Мы с детьми договорились, что на новогодних праздниках они позвонят мне и расскажут, как дела. Если этого не случится, я пообещала их вызволять. Дала им свой старый сотовый телефон с зарядкой.

До 10 января звонка от детей не последовало. Евгения опубликовала видео, а 14 января вместе с воспитателем реабилитационного центра Тамарой Калиничевой поехала к Вике и Игорю в станицу.

— Подъехали к дому. Я позвонила в звонок на воротах. Никто не ответил и не вышел. Затем набрала с телефона. Лариса Евгеньевна, опекун, взяла трубку, выслушала меня и сказала, что детей мы сможем увидеть «только если разрешит опека», и что опеку она сейчас вызовет. Приехала начальник отдела опеки и попечительства Ирина Безгласная. И что вы думаете? Сказала, что детей нам никто не покажет.

16 января Евгения пошла на прием к депутату Приморско-Ахтарского райсовета Александру Бирюкову.

— Я попросила его отправить депутатское письмо с описанием проблемы губернатору Краснодарского края. Он отправил. Но ждать ответа долго. Может, месяц-два. А что в это время с детьми? Никто не знает. Вот я и решила, что нужно придать это огласке более широкой.

По мнению Шиневской, опекуны Вики и Игоря зарабатывают на приемных детях.

— 12 000 рублей ежемесячно государство выделяет на содержание каждого ребенка, взятого под опеку. 10 000 рублей каждый месяц выплачивается опекунам в качестве зарплаты. Плюс 60% от МРОТ, если ребенок инвалид.

То есть 27—28 тысяч рублей с каждого ребенка эта семья в месяц имеет. У них пятеро приемных детей, все оформлены как инвалиды. Вот и считайте.

Это такой бизнес в маленьких городах, где нет работы, — на приемных детях.

Опека не приходила 4 года

Опекун Вики и Игоря Лариса Андреева разговаривать с «Новой газетой» не захотела. Услышав имена детей, она бросила трубку и больше ни на звонки, ни на SMS не отвечала.

Без ответа опекунов остались вопросы: как воспитываются дети, могут ли они свободно перемещаться, выходить из дома? Действительно ли они умственно отсталые и в чем это проявляется? Почему дети на видео сказали то, что сказали?

Руководитель отдела по вопросам семьи и детства администрации Калининского района Ирина Безгласная ограничилась кратким комментарием:

— В настоящий момент по данному факту проводится комплекс проверок. Их ведут и Министерство социального развития Краснодарского края, и прокуратура, и полиция. Изложенные детьми факты пока не подтверждаются.

У прокуратуры Краснодарского края на этот счет, правда, иная точка зрения:

«В ходе проверки прокуратурой вскрыто, что при наличии в целом удовлетворительных материальных условий проживания, интеграция приемных детей в семью не происходила, что способствовало разделению их на «своих» и «чужих», обострению конфликтных ситуаций.

В итоге приемные дети обратились за помощью не к родителям, а к посторонним людям, внушающим большее доверие.

По заявлению приемного родителя дети обучаются на дому, в то же время их желание обучаться в коррекционной школе вместе с другими учащимися во внимание не принималось».

В то же время работники прокуратуры подчеркивают, что Вика и Игорь в ходе проверки отказались переходить в другую семью.

Отдельного упоминания надзорного ведомства заслужили органы опеки: «Представители органа опеки и попечительства Калининского района с апреля 2012 года самоустранились от контроля за деятельностью приемного родителя, условиями проживания детей не интересовались, а при посещении семьи в ноябре 2016 года составили формальные акты обследования».

Почему на протяжении 4 лет опека не приходила проверять условия жизни детей в семье Андреевых? Руководитель отдела по вопросам семьи и детства администрации Калининского района Ирина Безгласная на этот вопрос «Новой газеты» отвечать не стала.

Коснулась проверка правоохранительных органов и Евгении Шиневской. За публикацию видео с рассказом Вики и Игоря о приемной семье ей грозит уголовное дело по ст. 137 УК РФ «Нарушение неприкосновенности частной жизни».

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2017/02/21/71580-eto-takoy-biznes-na-priemnyh-detyah

В казахстане более сотни детей вернулись из приёмных семей в детдома в 2017 году

Пособие за приемного ребенка 2017

В 2017 год в Казахстане из приёмных семей в детские дома вернули 109 детей. Основными причинами отказа от дальнейшего воспитания является слабое здоровье или психологическая несовместимость ребёнка с приёмными родителями, а также маленькие пособия. Об этом сообщили министерство образования и офис уполномоченного по правам детей в РК на запросы Informburo.kz.

По данным специалистов МОН, общее количество усыновлённых, взятых под опеку и патронат в 2017 году составило 3553 ребёнка.

“В 2017 году под опеку передано 2644 ребёнка, на патронатное воспитание – 521, усыновлено 388. При этом из-под опеки были возвращены в детские дома 77 детей, патроната – 23, усыновлённых – девять.

Причинами возврата, как правило, являются слабое здоровье несовершеннолетнего или психологическая несовместимость. Случаев многократного отказа от ребёнка не имеется”, – говорится в ответе ведомства.

Согласно информации детского омбудсмена, в стране уменьшается количество возвратов детей. Данные за 2017 год показывают значительное сокращение по сравнению с показателями прошлых лет: в 2015 году из-под опеки вернули в детские дома 158 детей, усыновлённых – 35. В 2016 году – 135 и 7 соответственно.

Однако в офисе уполномоченного по правам ребёнка отметили, что помимо основных причин, по которым воспитанников возвращают обратно в детские дома, также указываются маленькие пособия, выделяемые опекунам. По этой причине в конце мая 2018 года семья семилетней девочки, оставленной матерью ещё в роддоме, повторно отказалась от ребёнка через месяц после оформления опекунства.

“В апреле 2018 года воспитанница детской деревни “Шанырак”, 2011 года рождения, была определена под опеку своей бабушки. Мать девочки является инвалидом III группы и находится на длительном лечении. Отец записан со слов матери.

Девочка была возвращена в детскую деревню в связи с тем, что её родная бабушка работает и не имеет возможности ухаживать за ребёнком, а также из-за маленького пособия, выделяемого опекунам на содержание ребёнка”, – рассказали в офисе уполномоченного по правам ребёнка в РК.

Возвращение девочки в детскую деревню прокомментировала директор учреждения Гульсара Ботатаева. Она сообщила, что после случившегося судьбой ребёнка заинтересовались неравнодушные граждане, однако новую семью для девочки ещё не нашли.

“Бабушка брала её на временную опеку, просто не соизмерила свои силы и возможности, вернула. Сейчас с девочкой работают психологи.

Почему мы её передали родной бабушке? Потому что в первую очередь отдаём предпочтение биологическим родственникам. Но теперь мы убедились, что здесь вопрос нужно рассматривать более детально.

Были звонки людей, которые прочли о случившемся в СМИ и интересовались, но только на словах, и на этом всё закончилось”, – сказала Гульсара Ботатаева.

Она также сообщила, что в детские дома в основном возвращаются воспитанники, прожившие в приёмных семьях несколько лет.

“В год один возврат ребёнка у нас бывает из всех категорий. Но причины разные, одна из главных – когда ребёнок подрастает, в переходном возрасте появляются трудности, и его возвращают.

В основном сейчас возвращаются дети, которых взяли в 2009-2011 годах, то есть спустя 5-6 лет жизни в семье. Но мне кажется, что количество таких фактов будет уменьшаться, потому что, начиная с 2016 года, работают школы приёмных родителей, где проводятся тренинги.

И они работают повсеместно”, – добавила директор детской деревни “Шанырак”.

Согласно Кодексу “О браке, супружестве и семье” в Казахстане детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, могут усыновить, взять под опеку или попечительство или под патронат.

За усыновление предусмотрена единовременная денежная выплата в размере 75 МРП – 180 375 тенге. Также в случае усыновления ребёнка возрастом до года приёмным родителям положены все выплаты по рождению в соответствии с законодательством.

Опека отличается от усыновления тем, что опекун является временным представителем интересов ребёнка, а также принимает на себя обязательства по его воспитанию и обеспечению, однако не приобретает прав родителя. Чаще всего опекунами становятся родственники семьи, если мать и отец умерли или лишились родительских прав. Пособие за опекунство равняется 10 МРП – 24 050 тенге.

Патронат дублирует функции опеки, однако патронатному воспитателю, помимо выплат, предназначенных на содержание ребёнка, выплачивается заработная плата, средний размер которой составляет 10 МРП.

Читайте Informburo.kz там, где удобно:

в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

Источник: https://informburo.kz/novosti/v-kazahstane-bolee-sotni-detey-vernulis-iz-priyomnyh-semey-v-detdoma-v-2017-godu.html

Новым папам и мамам: как Москва поддерживает семьи с приёмными детьми

Пособие за приемного ребенка 2017

Число москвичей, небезразличных к судьбе воспитанников детских домов, увеличивается с каждым годом. Количество приёмных семей только за девять месяцев 2016 года возросло на 4,3 процента — с 2537 до 2646 семей, а новый дом в приемных семьях обрели 240 детей.

За последние шесть лет количество детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые обрели новую семью, увеличилось на 48 процентов.

Центры содействия семейному воспитанию

Все школы-интернаты, детские дома и дома ребёнка, а также интернаты для умственно отсталых детей города Москвы к концу 2015 года были преобразованы в центры содействия семейному воспитанию. Здесь жители могут пообщаться детьми, узнать, как оформить опекунство или патронат, стать приёмными родителями или усыновить ребят.

В Москве работает 31 государственный центр и ещё 7 частных учреждений для сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

При этом число детей, воспитывающихся в них, с начала 2016 года сократилась на 20 процентов — с 2473 до 1980 человек.

В основном это ребята старше 10 лет и с ограниченными возможностями здоровья, в том числе страдающие синдромом Дауна. В целом за шесть лет число воспитанников в интернатных учреждениях сократилось более чем в два раза.

https://www.youtube.com/watch?v=DriacY5J1yc

Более 18,7 тысячи ребят воспитываются в замещающих семьях. Самая распространённая форма семейного устройства — безвозмездная опека (попечительство), далее следуют усыновление, приёмная семья.

Опека и попечительство

Сейчас в городе 7,6 тысячи опекунских семей, в которых воспитываются почти 8,6 тысячи ребят.

Опекунами и попечителями становятся совершеннолетние дееспособные граждане, чаще всего родственники детей. При этом учитываются нравственные качества человека и желание самого ребёнка.

Опекуны назначаются для несовершеннолетних граждан до 14 лет. Они становятся законными представителями и могут действовать от их имени, обязуются воспитывать детей, дать им образование, заботиться и защищать их интересы. Когда ребёнку исполняется 14 лет, опекун становится попечителем. Попечительство прекращается, когда воспитаннику исполняется 18 лет либо когда он вступает в брак.

Опекунам (попечителям) выплачиваются денежные средства на содержание ребёнка, оказывается поддержка в организации его обучения, отдыха и лечения.

Проживая у опекунов, ребёнок может при желании видеться с кровными родственниками. А вот сменить фамилию или дату рождения детей при опеке не удастся.

Усыновление (удочерение)

С начала года в Москве усыновили 187 детей. Всего в городе сейчас более 5,1 тысячи семей, где воспитываются 5,7 тысячи усыновленных детей.

При усыновлении лица, принявшие в свою семью ребёнка, приобретают все родительские права и обязанности. Усыновители дают ребёнку свою фамилию и воспитывают как собственного.

Разница в возрасте между будущими родителями и ребёнком должна быть больше 16 лет. Усыновителями могут стать только дееспособные граждане, не имеющие судимостей по тяжким статьям, при условии, что у них есть жильё и необходимый доход.

Не отдадут детей в семьи, где родители употребляют алкоголь или наркотики, являются носителями инфекций, страдают психическими заболеваниями или ранее лишались родительских  прав либо были отстранены от исполнения обязанностей опекуна.

Приёмные семьи

За девять месяцев 2016 года в столице появилось 109 приёмных семей, в которые взяли 240 детей. Всего в городе насчитывается 2,6 тысячи приемных семей. В них воспитываются 4412 ребят.

Такая семья создаётся по договору, заключаемому с органами опеки и попечительства. Приёмные родители становятся официальными опекунами ребёнка и его законными представителями. Но в отличие от обычных опекунов они за свои услуги получают вознаграждение.

Родителями могут стать как супружеские пары, так и одинокие граждане. Главное — не иметь тяжёлых заболеваний и судимостей, не употреблять наркотики и алкоголь, а также быть в состоянии обеспечить ребёнка всем необходимым для жизни и учёбы.

Научиться быть родителем

Супруги, которые хотят усыновить или взять под опеку детей, могут получить консультации специалистов в школах приемных родителей. Здесь подскажут, какие документы необходимо подготовить, на какие льготы можно рассчитывать, как помочь ребёнку адаптироваться в новой семье и избежать конфликтных ситуаций, а также как необходимо воспитывать ребят с ограниченными возможностями здоровья.

Сегодня в городе работает 57 школ приёмных родителей. Только за девять месяцев этого года в них прошли подготовку 2637 человек. Ещё 54 организации осуществляют сопровождение замещающих семей. Договоры о сопровождении заключены с 1149 семьями, где воспитываются 1754 ребёнка.

Социальные выплаты семьям с детьми-сиротами и с детьми, оставшимися без попечения родителей

При передаче ребёнка на воспитание в семью столичными органами соцзащиты выплачивается единовременное пособие, предусмотренное Федеральным законом от 19.05.1995 № 81-ФЗ «О государственных пособиях гражданам, имеющим детей».

Пособие выплачивается при всех формах семейного устройства детей, оставшихся без попечения родителей (усыновлении, установлении опеки (попечительства), передаче на воспитание в приёмную семью). Размер пособия составляет:

— для лиц, усыновивших ребёнка-инвалида, ребёнка в возрасте старше семи лет, а также детей, являющихся братьями и (или) сестрами, — 118 529 рублей 25 копеек;

— для лиц, принявших ребёнка-сироту, ребёнка, оставшегося без попечения родителей, в приёмную семью или под опеку (попечительство), а также для лиц, усыновивших ребёнка-сироту, ребёнка, оставшегося без попечения родителей, не являющегося инвалидом, ребёнка младше семи лет или ребёнка, не усыновлённого одновременно с братом (сестрой), — 15 512 рублей 65 копеек.

В прошлом году пособие выплачено на 2304 детей, переданных на воспитание в семью, в том числе родители 106 детей получили максимальный размер пособия. С начала этого года его получили родители 1855 детей. Семьи 100 ребят — по 118,5 тысячи рублей.

Кроме того, семьям начисляется ежемесячная выплата за счёт столичного бюджета.

С 1 января этого года размер ежемесячных пособий на детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, находящихся в семьях опекунов, попечителей, приёмных родителей, патронатных воспитателей, а также ежемесячной компенсационной выплаты лицам, усыновившим на территории города Москвы после 1 января 2009 года ребёнка-сироту или ребёнка, оставшегося без попечения родителей, увеличен на 10 процентов и составляет от 16,5 тысячи до 27,5 тысячи рублей в месяц в зависимости от возраста, числа детей и состояния их здоровья.

С 01 января также увеличен размер ежемесячного вознаграждения, выплачиваемого приемным родителям (патронатным воспитателям).

Приёмные родители и патронатные воспитатели ежемесячно получают вознаграждение в размере 16,7 тысячи рублей за каждого приёмного ребенка, а выплата за ребёнка-инвалида увеличена до 28 390 рублей. При этом в семьях с одним-двумя детьми выплаты получает только один из родителей, а при воспитании более трёх детей ежемесячное вознаграждение полагается обоим супругам за каждого ребёнка.

Единовременная компенсационная выплата на возмещение расходов в связи с усыновлением ребёнка в Москве зависит от очередности усыновления детей и составляет 76,9 тысячи рублей, 107,7 тысячи рублей или 153,8 тысячи рублей.

Кроме того, город возмещает семьям расходы на оплату жилищно-коммунальных услуг и телефона, обеспечивает бесплатный проезд на общественном транспорте. Детям ежегодно предоставляются путёвки для отдыха, а раз в два года они могут отдохнуть вместе с приёмными родителями. Также с 2014 года приёмным семьям компенсируют часть стоимости — до 45 тысяч рублей — самостоятельно приобретённых путёвок.

После достижения совершеннолетия сиротам или детям без попечения родителей, не имеющим закреплённого за ними жилого помещения,  предоставляется жильё, соответствующее установленным социальным нормам.

Новой семьёй — в новый дом

С 2014 года в столице запущен проект по имущественной поддержке семей, принявших на воспитание детей-сирот старшего возраста и (или) детей-инвалидов.

Семьи, взявшие на воспитание не менее пяти детей-сирот, трое из которых старше 10 лет и (или) являются инвалидами, получают жильё для комфортного проживания большой семьи. Площадь дома или квартиры рассчитывается по норме от 10 до 18 квадратных метров на каждого члена семьи (родители, их родные несовершеннолетние дети и приёмные дети).

Если супруги состоят в браке не менее трёх лет и успешно проходят психологическую диагностику, то с ними заключается договор безвозмездного пользования жилым помещением на 10 лет. После этого срока семья вправе получить квартиру по договору социального найма.

Участниками проекта стали 34 приёмные семьи, в которые были переданы 203 ребёнка. Из них 63 ребёнка-инвалида, 93 ребёнка — старше 10 лет.

По-настоящему семейная премия

За значительный вклад в развитие семейного устройства жители и организации отмечаются премией «Крылья аиста». Лауреаты получают памятный знак — статуэтку, изображающую летящего аиста и ребёнка.

Лауреатами премии «Крылья аиста» в одной из самых значимых номинаций «Усыновителям, опекунам (попечителям), приёмной или патронатной семье за особый личный вклад в развитие семейного устройства детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в городе Москве» стала семья Наталии и Валерия Журавлёвых. Они воспитывают трёх родных и 15 приёмных детей, у шести из которых синдром Дауна. При этом супруги оказали содействие в передаче на воспитание в другие семьи ещё 38 детей с таким диагнозом.

А премию среди общественных организаций получил Свято-Софийский детский дом, ставший одним из первых в России негосударственных детских домов для инвалидов с тяжёлыми множественными нарушениями развития. Сейчас в нём 22 ребёнка. Сотрудники ищут им семьи. А  о тех, кто останется в этом учреждении, будут заботится даже после их совершеннолетия.

Здесь у детей есть возможности не только для обучения, но и для социальной адаптации — в этом им помогают волонтёры.

В этом году появилась новая номинация — «Персона». Премию в этой номинации вручают за особый личный вклад в развитие семейного устройства. Её получил доктор психологических наук, профессор кафедры психологической антропологии МПГУ Галина Семья.

Источник: https://www.mos.ru/news/item/18171073/

Деньги за сирот: как истязают приемных детей

Пособие за приемного ребенка 2017

Число детей-сирот в России с 2015 года снизилось на 46%. По данным Министерства просвещения РФ за март 2019 года, ранее в детских домах находились 87,2 тыс. человек, в нынешнем году эта цифра составила 47,1 тыс. — соответственно, выросло число приемных родителей и опекунов.

При этом, как сообщили в МВД РФ «Газете.Ru», участились и случаи истязаний в семьях, взявших на попечение сирот: в 2016 году к уголовной ответственности за противоправные действия в отношении детей были привлечены 30 опекунов и попечителей, в 2017 — 21. Однако уже в 2018 году этот показатель вырос почти в два раза — 40 уголовных дел.

Между тем юрист Алексей Титов считает, что в действительности случаев насилия со стороны опекунов и попечителей намного больше. «В статистике МВД учтены только уголовные дела, а есть ведь еще административные за побои — их намного больше», — заявил юрист «Газете.Ru». Данные о количестве административных дел, возбужденных в последние годы, в ведомстве не предоставили.

Избивают до смерти — получают деньги

Об инцидентах с истязаниями детей, взятых в приемную семью или под опеку, россияне слышат регулярно.

Только на этой неделе прогремела история настоятеля Свято-Троицкой обители милосердия Николая Стремского, который воспитывал около 70 детей.

Ему предъявили обвинение по трем статьям УК: изнасилование несовершеннолетней, развратные действия в отношении двух или более несовершеннолетних, а также неисполнение обязанностей по воспитанию.

По данным СК, пострадали семь детей Стремского. Кроме того, фигурантами дела также стали его дочь и ее супруг — их обвинили в незаконном лишении свободы. Следствие утверждает, что они незаконно запирали несовершеннолетних в гараже.

Еще одна вопиющая история случилась в Алтайском крае. Там 12 сентября возбудили уголовное дело против жительницы деревни Залесово. По данным регионального Следственного комитета, женщина-опекун истязала двоих детей.

Согласно версии следствия, предполагаемая злоумышленница регулярно поднимала руку на 13-летнего мальчика и его 12-летнюю сестру с июня 2016 по сентябрь 2019 года. Кроме того, она применяла к детям психологическое насилие, постоянно придумывая поводы для наказаний.

Позже выяснилось, что всего под опекой у женщины находились трое малолетних детей — на данный момент они изъяты из семьи подозреваемой.

«Мать их постоянно била. Мальчик убегал из дома, но полиция находила его и возвращала домой. Взрослые не верили ему, что мать их бьет. Их заставляли работать по хозяйству, в огороде. Если они не успевали что-то делать, сразу получали. Ребята добрые, мальчик из дерева хорошо вырезает, но мама их не любит», — рассказала одноклассница одного из детей сайту kp.ru.

Некоторые истории с истязаниями со стороны опекунов или усыновителей заканчиваются смертью приемных детей. 2 июля суд города Мыски Кемеровской области вынес обвинительный приговор в отношении 43-летнего местного жителя и его 42-летней супруги, которые убили своих приемных несовершеннолетних детей, взятых из Мысковского дома-интерната для умственно отсталых.

«Установлено, что зачастую опекуны применяли к детям физическое насилие, нетерпение к их поступкам, хотя при оформлении опеки получали информацию о заболеваниях детей и возможном поведении», — поясняли в Следкоме.

Первой жертвой супругов стал 17-летний подросток — в июле 2015 года пара забила его до смерти. Чтобы скрыть улики, усыновители сожгли тело в поле недалеко от города. Знакомые супружеской пары сразу сообщили в правоохранительные органы об исчезновении подростка. В ходе следствия сотрудников ведомства насторожило то, что родители не переживали из-за пропажи ребенка.

Позже, в сентябре 2016 года, семья стала распродавать имущество, собираясь переехать в Краснодарский край.

Правоохранители обратили внимание на то, что все это время рядом с приемными родителями находилась только малолетняя девочка, а другой 16-летний мальчик пропал.

Через некоторое время следователи обнаружили тело подростка в болоте недалеко от дома усыновителей — криминалисты констатировали насильственную смерть.

В итоге мужчину приговорили к 16 годам лишения свободы в колонии строгого режима, а женщину – к 15 годам в колонии общего режима.

По словам соседей злоумышленников, пара взяла трех детей с физическими отклонениями из-за финансовой выгоды. «Да из-за денег они детей этих взяли.

Взяли-то их не маленькими птенчиками, а уже взрослыми, да еще из интерната для умственно отсталых», — подчеркивала продавец местного магазина в разговоре с kp.ru.

Односельчане отметили, что Мысковский дом-интернат популярен среди тех, кто хочет заработать на усыновлении детей. «Они не одни такие добродетели у нас в поселке.

Как стали деньги платить за таких детей, так у нас сразу столько любителей сирот-инвалидов появилось — три семьи стали приемными. Одни троих взяли. Другие — двоих лежачих. А еще одни — мальчишку уже взрослого приютили.

Он у них работает по хозяйству, как раб — сам бомж-бомжом»,

— рассказала соседка осужденных.

«Про пособия надо молчать»

Данный инцидент подтверждает миф, распространенный среди тех, кто не причастен к усыновлению или опеке: они уверены, что все родители берут сирот из детских домов исключительно ради выплат и пособий.

Председатель совета при Минобрнауки РФ и Союза приемных родителей Наталья Городиская в разговоре с «Газетой.Ru» подтвердила, что все приемные родители или опекуны получают как единовременные социальные пособия, так и выплаты.

«Есть вознаграждения, которые выплачиваются приемному родителю — он вправе им распоряжаться по своему усмотрению, это зарплата.

Как они используют их — добросовестно или нет — за этим должны следить органы опеки. Однако они не могут сразу изъять ребенка, как многие думают. Мотивация у людей разная.

Если человек берет ребенка только ради собственной выгоды — это плохая история», — подчеркнула Городиская.

В соответствии с законом от 2018 года о госпособиях на детей в России всем приемным родителям полагается несколько выплат, размер которых определяется регионом.

В начале при передаче усыновителям выделяют единовременное социальное пособие в размере от 17 тыс. 500 рублей или 134 тыс. в случае, если ребенок — инвалид. Далее приемным родителям полагается ежемесячное вознаграждение от четырех тысяч рублей.

Также приемная мать имеет право на маткапитал, если ребенок, которого она взяла на попечение, второй или последующий в семье — эта государственная поддержка составляет 453 тыс. рублей. Кроме того, усыновители вправе подать документы на возмещение расходов на коммунальные услуги.

При этом, если органы опеки видят, что пособия расходуются не на содержание детей, они не имеют права сразу изымать несовершеннолетних — сначала за семьей начинают пристально наблюдать организации по сопровождению, а общественные организации стараются оказать помощь.

По данным Минобрнауки России, в 2017 году органы опеки инициировали 298 расторжений договоров с приемными семьями.

41-летняя мать из столицы Екатерина, усыновившая трехлетнего мальчика, в разговоре с «Газетой.Ru» отметила, что многие россияне уделяют большое внимание тому, какие выплаты получают опекуны или приемные родители.

«Что касается выплат и пособий, как правило, многодетные семьи не любят приемные, так как приемным платят, а многодетным — нет.

Про пособия, я считаю, надо говорить только на школе для приемных родителей, так как наш народ очень тяжело относится к чужим деньгам», — пояснила москвичка.

Как истязатели настигают сирот

Одной из причин, почему людям с корыстными намерениями или истязателям доступно усыновление, могут быть несложные этапы на пути к попечительству.

Так, в самом начале желающим взять ребенка из детского дома необходимо пройти обучение в школе приемных родителей, состоящее из вступительного собеседования, уроков и итоговой аттестации.

При этом на протяжении всех занятий специалисты учреждения не могут лишать обучающихся права на усыновление.

«На самом деле, мы никому не имеем права отказывать в обучении. Когда по итогу становится видно, что кандидат не готов взять ребенка, мы говорим, на какие проблемы нужно обратить внимание, называем предпочтительный возраст детей или предлагаем гостевой режим, работу в качестве волонтера.

Но мы даем рекомендации, а не конкретно прописываем, что могут кандидаты, а что нет. В соответствии со стандартами, обучение носит рекомендательный характер — мы не имеем права настоятельно требовать», — рассказала «Газете.Ru» начальник отдела по сопровождению приемных детей ГБОУ Центр содействия семейному воспитанию «Радуга» Ирина Моргунова.

Кроме того, некоторые школы приемных родителей имеют дистанционную форму обучения — занятия там проходят с помощью видеосвязи. «Дистанционная форма обучения не всегда эффективна. Она подойдет только для родителей, которые уже являются усыновителями и хотят освежить знания, а тем, кто приходит впервые, лучше пройти очную форму. Однако этот выбор остается за кандидатом», — отметила эксперт.

Сразу после выпуска из учреждения приемные родители должны самостоятельно собрать несколько документов, в частности медицинские справки, сведения о семейном положении и работе.

«Потом органы опеки выходят в дом, смотрят на его жилье, составляют акт о том, что они приходили.

Но никаких серьезных проверок и экспертиз родители не проходят, только документы», — сообщила Наталья Городиская в разговоре с «Газетой.Ru».

Эксперт уточнила: если все документы соответствуют стандартам, то органы опеки не имеют права отказать в передаче ребенка, даже если видят, что человек не готов к усыновлению или хочет взять на попечение ребенка из корыстных целей.

Ситуация может улучшиться с 1 января 2020 года — в этот день в силу вступит закон о создании федерального реестра лиц, которые не могут быть усыновителями, опекунами и попечителями. Его 2 августа подписал президент России Владимир Путин.

Поправки вносятся в Семейный кодекс РФ и закон «О государственном банке данных о детях, оставшихся без попечения родителей». Благодаря нововведению теперь граждане, которые были лишены родительских прав или отстранены от опекунства за невыполнение обязанностей, а также бывшие усыновители, чье право на воспитание детей-сирот отменили в суде по их вине, будут зафиксированы в базе.

По словам зампреда комитета Совфеда по конституционному законодательству и госстроительству Елены Мизулиной, данные изменения позволят избежать передачу детей тем людям, которые не могут быть усыновителями, опекунами или попечителями, передавал ТАСС.

Источник: https://www.gazeta.ru/social/2019/09/12/12645271.shtml

Тайны приемных семей:

Пособие за приемного ребенка 2017

Отказы, возвраты, заработки на детях

Татьяна Байдак — активист сообщества приемных родителей — сама помимо кровного сына воспитывает двоих приемных. Она очень хорошо знает все проблемы и подводные камни приемного родительства.

Татьяна считает, что скандалы, связанные с приемными детьми, случаются вовсе не из-за денег, а из-за неправильных мотиваций, по которым сирот берут в семьи. Специально для «МК» она рассказала и прокомментировала самые дикие истории отказов от детей.

СПРАВКА “МК”

Существуют разные юридические формы устройства ребенка в семью.

■ Усыновление. Усыновленный ребенок получает все права родного, включая право наследовать имущество родителей.

Родители же, в свою очередь, получают все обязанности: например, в случае отказа от усыновленного ребенка они обязаны выплачивать ему алименты до совершеннолетия либо пока его не усыновят другие люди.

Родители не получают пособия на ребенка, кроме единовременного, при передаче в семью, однако имеют право на выплаты и льготы, которые полагаются при наличии кровных детей, — детское пособие, маткапитал и т.д.

■ Опека. Ребенок сохраняет статус оставшегося без попечения родителей. Опекунами, как правило, становятся люди, имеющие родственные связи с ребенком. На ребенка государство выплачивает ежемесячное пособие.

■ Приемная семья. Приемные родители помимо ежемесячных выплат на ребенка получают зарплату за его воспитание. Между приемными родителями и органами опеки заключается договор. За свою работу родители обязаны подробно и регулярно отчитываться — как любые другие наемные работники.

История первая: нет своих детей

Супруги Марина и Сергей Даньшины в 2001 году усыновили 9-месячного мальчика Андрея. Пока он не пошел в школу, приемные родители считали, что ребенок им достался просто идеальный. Однако в школе Андрюша стал хулиганить, не хотел учиться.

В 14 лет в семье начались бурные конфликты, и родители по совету психолога сказали ребенку, что он неродной.

Андрей сильно переживал это известие, плакал, уверял родителей, что когда вырастет, сделает анализ ДНК и докажет, что он их родной сын…

Затем мальчик поступил в техникум на автомеханика, но конфликты продолжались: 16-летний подросток то подделывал студенческий билет, то пропадал ночами в клубах, то отказывался учиться и работать. Однажды украл у бабушки деньги и потратил на фастфуд…

Сейчас родители признались, что поставлены в тупик и хотят вернуть подростка обратно в детдом. Сам Андрей отказывается верить в серьезность их намерений.

Татьяна Байдак: «Это история о нелюбви. О том, что взрослые люди так и не смогли принять и полюбить приемного сына. Ребенок не оправдал надежд и ожиданий отца и матери. С мальчиком было легко, пока он был крошкой — читал стихи на табуретке и слушался маму.

Но вот малютка вырос, появились обычные подростковые проблемы — трудности с учебой, желание гулять и поздние возвращения. А родители не выросли. И так удобно списали все трудности на чужие плохие гены.

Не знаю, какой психолог мог такое посоветовать, но сказать подростку в период пубертата, а тем более в период острого конфликта, что он не родной, — это была вторая очень плохая идея. Первая плохая идея — врать ребенку с детства о его происхождении.

Впрочем, мотивация «нет своих детей» вполне может носить конструктивный характер. Просто нужно осознавать, что важнее — иметь статус родителя или действительно им быть.

История вторая: рождественское чудо

Несколько лет назад известный общественный деятель накануне Нового года постил в своем аккаунте фотки и истории сирот.

Разумеется, он никого не уговаривал усыновлять или брать под опеку, но пропаганда была достаточно сильной. Нашлась девушка-психолог, которая под громкие аплодисменты читателей забрала одного мальчика.

Девушка была замужем, и у нее был родной сын. Эту историю общественник назвал «рождественским чудом».

Девушка стала вести блог о своей семье и приемном сыне, называла его «старшим братом» кровного ребенка. Однако после Нового года подарков ее восторги поулеглись. Бросать работу она не собиралась. Родной ребенок утром шел в садик, а приемный после школы был предоставлен сам себе. Девушка писала о приемном сыне раздражительные посты.

И наконец, когда подросток украл в супермаркете колу и шоколадку, несостоявшаяся мама отвезла его обратно в детдом. Всего в семье сирота пробыл около 3 месяцев.

Татьяна Байдак: «Жалость к бедному сироте — одна из самых деструктивных мотиваций. Пафос девиза «Чужих детей не бывает!», фотографии детей из базы данных, жалостливые посты из соцсетей — все это вызывает в эмоциональном читателе желание вытащить, отогреть.

Ребенок спасен, ура, мы пишем «минус один», это значит, на одного ребенка в системе стало меньше… Но история на этом не заканчивается — начинается жизнь. И первый год — сложная адаптация и ребенка, и взрослых.

Причем ребенка уже не жаль, потому что он теперь не сирота, у него есть родители, а он, несмотря на это, может делать все назло: портить мебель, требовать дорогих подарков, кричать, что вы ему никто… И вам его уже не жалко! Нельзя заменить любовь жалостью, да и невозможно постоянно жалеть.

В этой истории произошло рождественское чудо, ребенок обрел семью, но это было только самое начало. Дальше от его новых родителей требовался колоссальный труд, терпение и много сил. К сожалению, душевных сил родителей хватило очень ненадолго».

История третья: замена умершего

У одинокой мамы 8-летней сын погиб в аварии. Через какое-то время она взяла из детдома трехлетнего мальчика. Все было прекрасно, пока приемному сыну не исполнилось 8 лет.

Тогда мама достала из шкафа одежду и игрушки погибшего ребенка — в пользование нового сына.

Подруга, зашедшая к ней в гости, ужаснулась: все-таки за 10 лет детская мода немного изменилась, да и пролежавшие в шкафу все это время вещи пахли затхлостью. Вдобавок мама развесила по всей квартире фотографии покойного малыша…

После расспросов подруги мама призналась: ожидала, что новый ребенок сможет заменить погибшего, но этого не произошло.

Наоборот, достигнув 8-летнего возраста, неродной мальчик начал напоминать о родном, и мама стала особенно остро чувствовать различие своего отношения к тому и другому мальчику.

Ее коробило, что все в приемном ребенке было другим, он оказался совсем не похож на первого сына. «Я хочу вернуть его в детдом», — призналась женщина подруге.

Эта история с хорошим концом, так как здесь с помощью психологов женщина справилась с наваждением, сумела принять приемного ребенка, и они снова стали семьей.

Татьяна Байдак: «За год до того, как мы с мужем взяли приемных детей, у нас после неизлечимой болезни умер четырехлетний сын. Мы взяли в семью мальчика-подростка.

Ровно через две недели в опеке нам показали фото мальчика 5 лет и сказали: если не найдется семьи, ребенок попадет в детский дом. У нас не было выбора. Второй наш приемный сын очень похож характером на погибшего. Произошло именно то, чего мы так боялись.

Но, к счастью, мы себе отдаем отчет, кто есть кто, — младший хоть и занял пустое место в семье, но заполнил его собой, а не нашими ожиданиями. И, честно говоря, мне сейчас совсем непонятны наши страхи: как можно пытаться заменить одного человека другим?

Желание усыновить ребенка людьми, потерявшими своего, может носить конструктивный характер, если семья пережила свое горе. Для завершения этого процесса нужен как минимум год, а лучше — полтора-два».

История четвертая: компаньон для ребенка-инвалида?

Дети-инвалиды — всегда больная тема для родителей. Ребенок может быть обеспечен, любим и счастлив, но родительское сердце точит червь: а что будет с ним, когда я умру? Кто станет ему родным человеком?..

Нередко такие родители приходят к мысли взять из детдома ребенка с похожим недугом. Это кажется благородным и верным решением: ведь они уже знают и умеют реабилитировать и социализировать ребенка-инвалида, а у ребенка появится близкий человек до конца жизни. Однако…

Эта история старая, но она потрясла в свое время общество. Работница детдома взяла домой мальчика и девочку как компанию и будущих помощников для своей дочки с синдромом Дауна. Приемные дети были на несколько лет старше.

Поначалу все трое прекрасно общались, а затем детдомовцы стали подростками и полюбили друг друга. На младшую девочку они прекратили обращать всякое внимание.

Мать не понимала, как справиться с этим, нарастал конфликт, и в итоге после череды скандалов женщина отдала назад сначала приемного мальчика, а затем и девочку.

Татьяна Байдак: «В семье родился инвалид, его не принимает общество, как он будет жить, когда нас не станет?..

Так думают родители и идут за приемным — за компаньоном для своего ребенка, который будет с ним играть в детстве и ухаживать в будущем.

Но ведь приемный ребенок тоже требует заботы и внимания, часто сам не очень здоров. И, конечно же, он не обязан быть вам благодарным и отрабатывать свой «долг».

Но я знаю истории, когда родители ребенка с синдромом Дауна или ДЦП брали детей с аналогичными диагнозами. И получалось все отлично. Приемный ребенок вырван из детского дома, он приобрел семью; кровный получил брата или сестру и одновременно друга. Главное — принимать приемного ребенка как равного кровному, а не как слугу».

Все эти истории говорят о том, что проблемы приемных семей гораздо шире, чем кажется на первый взгляд. И деньги — далеко не самая важная вещь в отношениях приемных родителей и детей. Даже психологи отмечают, что это далеко не самая плохая мотивация.

— Даже если ребенка взяли ради зарплаты приемного родителя, это совершенно не значит, что его бьют и не кормят, — говорит Татьяна Байдак. — Наоборот, приемный родитель будет заинтересован хорошо заботиться о ребенке, чтобы сохранить желаемую зарплату.

Он будет мотивирован хорошо выполнять свою работу. А специалисты опеки, учителя школы, воспитатели детского сада и преподаватели секций и кружков будут рассматривать этих детей под лупой.

Будни современного опекуна — это внимательные взгляды соседей, регулярные посещения сотрудников органов опеки и соцзащиты, характеристики на детей из учебных учреждений, отчеты о потраченных средствах и ежегодные диспансеризации.

Это, конечно, сложно, но, наверное, всем людям нравится делать то, что у них получается, и видеть результат своих усилий. У меня получается быть мамой.

Читайте материал: “Шокирующие откровения приемной матери: “Этих детей невозможно полюбить”

Источник: https://www.mk.ru/social/2017/06/19/tayny-priemnykh-semey-khochu-vernut-ego-v-detdom.html

Эгида Права
Добавить комментарий